Читаем без скачивания Смертельный звонок [cборник] - Николай Иванович Леонов

дела, как американец. Все налоги, зарплаты, отчисления — все кристально чистое, строго по закону. Я честный человек и веду честный бизнес. — Риккер задрал подбородок от гордости за свое заявление.

Гуров подумал про себя: «Ну теперь-то да, когда деньги отмыты от крови, можно бить себя в грудь и гордиться тем, что ведешь дела по закону». Вслух же он только произнес:

— Я понял, да, возьму паузу и дам ответ завтра. Слишком мало ясности и слишком много ограничений.

Проницательный взгляд голубых глаз засиял прищуром:

— Не хочешь браться, потому что не уверен, что получится выполнить задание? — Риккер наклонился поближе и почти прошептал: — Именно поэтому я хочу нанять тебя, Левон, я вижу, что ты перфекционист и выжмешь максимум информации. Давай так, я заплачу всю сумму в любом случае, будет результат или нет. Я уверен, что ты используешь все свои возможности, я доверяю тебе, моя интуиция говорит, что тебе можно доверять. Ты будешь соблюдать договор.

Но Лев был непреклонен, он попрощался коротким кивком головы:

— Я позвоню завтра. — И нырнул из приватного пространства в общий зал. Людей здесь заметно прибавилось, мужчина за стойкой стал еще пьянее, но все еще держался на своем стуле. Лев коснулся воротника куртки, подавая условный знак «все хорошо». Тотчас же пьяный мужчина соскользнул со своего места и направился шаткой неуверенной походкой к дверям. Он картинно закривлялся перед стеклянной створкой, пропуская вперед стайку нарядных девушек. В этой суматохе Льву удалось быстро выскользнуть наружу и отойти подальше от сияющей огнями вывески. Теперь темнота его скрыла почти полностью, он взмахнул рукой и остановил машину с «шашками». Уже в салоне разрешил себе обернуться, так и есть, за ним следуют две машины. Одна почти нос к носу — охранники американца, а во второй поодаль в другом ряду движется параллельно напарник. Крячко, несмотря на то что встреча прошла спокойно, ехал за ним до самого дома Мичурина, чтобы убедиться — Гурову не угрожает опасность.

Из такси опер не спеша поднялся по лестнице и постучал условным перебором, чтобы пенсионер понял — все в порядке, и он вернулся без ненужного сопровождения. Старик торопливо загремел замками, без лишних вопросов потянул Гурова на кухню. Здесь уже дымился кофе в чашках, от бутербродов Лев отказался. Терпение хозяина не стал испытывать, в подробностях пересказал прошедший вечер и замолчал, ожидая реакции Ивана Митрофановича. Тот крутил очки в руках, о чем-то задумавшись. У Льва зазвонил телефон, Крячко отчитывался об обстановке на улице:

— В машине один, припарковался, я так понимаю, всю ночь будет в карауле тут сидеть. Мне за ним присмотреть?

— Нет, спасибо, Стас. Давай домой, утром на планерке, может быть, встретимся. Не знаю, как незаметно от наблюдателей в управление приехать.

Голос у напарника был усталым, после работы ему пришлось несколько часов прикрывать товарища. Он тяжело вздохнул:

— Утром что-нибудь придумаем, что мы сделаем, если этот Горец прицепился к тебе как банный лист. Квартиру не предлагал?

— Нет. — Лев улыбнулся, Крячко всегда мог поднять ему настроение своим шутками, даже если ситуация казалась хуже некуда.

Стас зашуршал бумагами в трубке:

— Так, тут, кстати, мне очень милая девушка в посольстве предоставила информацию по этому американцу. В общем, Альфред Риккер, гражданин Соединенных Штатов, прибыл туда из Финляндии. Владеет бизнесом вполне успешным, у него парк строительной техники и бригады рабочих. В России он президент какого-то фонда «СанСити». Непонятно, что это, в бумагах написано просто «фонд развития новейших технологий». Роботов, что ли, делает? Не судим, не привлекался, даже штрафов нет. Так, что еще. Дочь, внуки, в разводе. Живет в Филадельфии. Лев, ты был хоть раз в Филадельфии?

— Нет.

— И я тоже, — вздохнул Крячко. — Я вообще за границей был один раз, в свадебном путешествии летали с Натальей в Прагу. Ладно, я поехал домой, а то меня жена отправит в путешествие на диван в кабинете за то, что снова на работе задержался. До завтра.

— До завтра, — попрощался оперативник и повернулся к хозяину кухоньки. — Ну что ж, Иван Митрофанович, за работу.

Тот согласно кивнул и открыл первую папку. Они принялись прочитывать все дела, отмечая сухие факты в таблицу на большом листе бумаги. Часы в комнате мерно отмеряли время, пару раз Мичурин снова варил им кофе. В четыре часа ночи, видя, что старик держится из последних сил, Лев предложил:

— Осталась пара дел, картина общая ясна. Я разберу их до утра. Сейчас у вас есть какие-нибудь предположения?

Пенсионер покрутил головой и усмехнулся:

— Да ты знаешь, а я все думаю про Горца. Ведь и правда, кто мог знать о его приезде из его прошлой жизни? Он и имя сменил, и внешность, думаю, основательно подправил. Странно все это, Горец вдруг всплыл на горизонте, его компаньон разбился внезапно, столько людей пропало. И все за такое короткое время, мне кажется, что это все как-то связано, но не могу понять как. И что теперь тебе делать с предложением Горца? Не хочешь его принять? Так будет проще подобраться к нему. Эх, жаль, нет времени покопаться основательно, все разузнать о его приезде, чую, вот чую, что там что-то нечисто.

— А про исчезнувших? Что вы думаете?

Мичурин медленно прошелся глазами по таблице:

— Единственное, что я вижу, это то, что они все не молоды. — На удивленный взгляд Гурова он кивнул. — Да, в моем возрасте обращаешь внимание на такие вещи. Посмотри, все старше пятидесяти лет, нет ни одного молодого человека. Ну, и конечно, власть, деньги. Хотя вот эти трое совсем не из этого списка. — Пенсионер тоже указал на фамилии Романчук, Рогача и Плесова. — Так что пока возраст — это единственное, что их объединяет.

Лев кивнул:

— Хорошее замечание, хотя и не понимаю, что это могло бы значить. По поводу Горца мне надо в любом случае согласовывать все с генералом Орловым, завтра он ждет меня на планерке. Расскажу ему о том, что случилось, пускай решает, надо ли обращать на воскресшего Горецкого внимание. Вы отдохните немного, думаю, в шесть утра придется придумывать и реализовывать хитроумный план, чтобы отвлечь охранников американца. Не хочу притащить их на хвосте в управление.

Старик заулыбался, несмотря на смертельную усталость:

— Обязательно придумаем что-нибудь. Ох, я столько этих фокусов знаю. Не переживай, проскочим под носом. А мне и правда лучше прилечь, после отдыха вдруг придет свежая мысль. Ты располагайся, как удобно. Кофе в заварнике, если что, есть свежий.

Он прошаркал в другую комнату, там заскрипели пружины старого дивана, и скоро раздался тихий храп. Утомленный бессонной ночью Мичурин уснул мгновенно. У Гурова глаза тоже слипались, строчки дел сливались в одну черную полосу. Но он